По данным статистики, только 8 из 100 российских подростков всерьез интересуются космосом и готовы посвятить себя его научно-техническому освоению. В эту среднестатистическую восьмерку, определенно, входит Петр Наймушин, одиннадцатиклассник красноярской школы № 152, участник проекта «Открытый космос», который Университет Решетнёва вместе с другими аэрокосмическими вузами страны реализует при содействии Фонда Бортника. В рамках этого проекта конструируются и выводятся на орбиту малые космические аппараты, наделенные уникальными функциями. Петр, как один из активистов «Открытого космоса», был приглашен на Байконур для наблюдения за запуском ракеты, унесшей 9 августа на орбиту спутник ReshUCube1. Как определить для себя главный стимул развития, где можно прикоснуться к прошлому и будущему одновременно, что такое Крест Королева и почему восемь на сто – это не показатель – в размышлениях красноярского подростка.
Когда школьная оценка не мотивирует
- Петр, много времени в твоей жизни занимает учеба? - В рамках необходимого и достаточного! Иногда мне самому хочется потратить больше времени, что-то дополнительно изучить, законспектировать, но это, скорее, в плане исключения! Учусь я нормально, четверки, пятерки, хотя оценки как таковые – это не стимул и не мотивация для меня. Для меня стимул – это мой собственный интерес к конкретному знанию, тогда я не жалею ни ресурсов своего времени, ни затраченной энергии. Например, могу углубиться в тему по физике, но при этом плохо напишу контрольную, потому что наберу много дополнительной информации, интересной мне, а не той, что нужна для выполнения этой контрольной! - Тогда какие предметы ты не считаешь для себя лишней тратой времени? - Физика, английский, например. А этим летом я начал изучать немецкий дополнительно, завел тетрадку, записываю кое-что. Он близкий английскому, его изучать просто. В принципе, немецкий – красивый такой язык! Хотя я понимаю, что сегодня языки мирового общения – китайский или испанский, но мне они… пока не интересны!
Наука – это на всю жизнь! - Сейчас - Аэрокосмическая школа, проект «Открытый космос», а другие увлечения есть? - Я несколько лет занимался баскетболом, довольно серьезно, но оставил спорт. Решил сменить вектор и уйти в какую-то околонаучную сферу. Строить карьеру как баскетболист – это рискованно, а главное, ненадолго, а наукой можно заниматься всю жизнь и постоянно развиваться, расти, давать результаты. К тому же наука так интересна! - В каком направлении в науке тебе бы хотелось двигаться? - Я хочу изобретать! Тяготею к созданию аппаратов, имеющих необычные функции, к созданию ракет, ракетостроению! Важно, что меня в этом поддерживают мои друзья, с которыми мы занимаемся в Аэрокосмической школе, мы как бы подгоняем друг друга в наших проектах и идеях. Мне это очень сильно нравится! Мы там – команда. Но и кроме того, повезло с преподавателем. Вадим Валентинович Кольга – профессор Университета Решетнёва. Он сам очень увлечен ракетостроением, он и нас увлек, заинтересовал и вдохновил. Он настолько увлечен, что любой случайный человек зайдет с улицы, попадет к нему на занятие и останется. Так и со мной, по сути, случилось!
Прикосновение к будущему - Проект «Открытый космос» стал для тебя, можно сказать счастливым билетом. И перспективное увлечение, и поездки интересные были в Москву, в Орленок. И вот – Байконур! Ты был рад, когда узнал, что именно тебя выбрали? - Я был … удивлен. Байконур, поездка на космодром - это мечта для многих, для многих моих друзей. Для тех, кто хоть что-то знает о космосе – такая поездка, как прикосновение к легенде, к истории, прикосновение к будущему. Я был шокирован, потом рад – калейдоскоп эмоций! Маме позвонили, она тоже – вся на эмоциях была! - Байконур – это …? - Не только космодром. На реке Сырдарья стоит небольшой советский городок, с хрущевками, аллеями. Очень ухоженный, очень чистый, деревья побеленные, бордюры. Мои светлые кроссовки так и остались наичистейшими, хотя ходить пришлось много. Было ощущение, что мы попали в прошлое, царит атмосфера 60-80-х годов, когда все горели космосом, занимались космосом. Грустно, что сейчас там много заброшенных из того времени объектов, тот же «Буран». - Что тебя больше всего поразило из увиденного на Байконуре? - Размеры самого космодрома! Масштаб! От одного объекта до другого приходится по полчаса добираться. Город – это путешествие в прошлое, а космодром – это, конечно, будущее, хотя и там есть ряд заброшенных объектов из прошлого. Мы побывали в домиках Королева, Гагарина. Выдающиеся люди там жили, а обстановка самая простая, никакой мягкой мебели, сколоченные стулья, кровати. Хотя нам рассказали, что по тем временам, когда эти домики строились, это были просто хоромы, потому что многие жили в землянках и палатках.
Крест Королева При запуске ракеты – на наблюдательном пункте царил ажиотаж. Там присутствовали некие солидные иранские деятели, запускался же их спутник. Они делали много фотографий, сторис записывали в своих сетях. Ну, и мы тоже все, что могли, фотографировали! Нас было человек шесть, в основном ребята - москвичи, один я – сибиряк. Мы все попали на Байконур впервые, поэтому понять наши переживания несложно! - Есть шанс смотреть на пуск ракеты или обжигает глаза? - Это совсем не так, как бывает, когда смотришь на солнце, и глаза не терпят яркости! На камере это смотрится просто, как вспышка, а глазами можно даже корпус ракеты рассмотреть. Наш наблюдательный пункт был расположен от места пуска, примерно, на удалении пары–тройки километров. Но у меня хорошее зрение, я все смог рассмотреть, даже Крест Королева невооруженным взглядом схватил, хотя это произошло под самый конец старта, когда я уже потерял надежду, что увижу! Увидел! Хотя и не успел снять на камеру. - Что такое «Крест Королева»? - У ракеты-носителя «Союз» внизу есть четыре ускорителя, и в момент их отделения на пуске в воздухе формируется такой огненный крест. Увидеть этот крест на старте – это сильное впечатление!
Делать жизнь, с кого?
- В прошлом году некий социологический центр опрашивал подростков Китая и России, интересует ли их космос, хотят ли они работать в интересах освоения космоса? Из ста опрошенных китайских подростков утвердительно на этот вопрос ответили шестьдесят шесть, из ста россиян готовность показали только … восемь. На твой взгляд, почему такой результат? - Мы – космическая держава, одни из первых вошли в это направление, думаю, может это потому, что за прошедшие годы космос для нас стал обыденным, мы… привыкли. А Китай входит в эту сферу, нагоняет, они на подъеме, для них это внове. А мы с этим просто живем, так что восемь на сто – это не показатель! - У тебя есть кумиры в космонавтике, науке? - Королев. Он крутой. Сильный человек. Через многое прошел. Не сдался! - Спасибо!